Вы здесь: Главная - Россия - Дело было близ Тифлисской.

Поиск

Обмен ссылками

Наши баннеры

Дело было близ Тифлисской.

07 Августа 2013 г. Опубликовал: Главный редактор НСН ''Венед''

Сотня Андрея Гречишкина по приказу командира Казачьего полка полковника Васмунда отправилась на поиск неприятеля в район между Кубанью и Лабой. Сотня в данном случае – одно название, ведь в это время значительная часть Кавказского полка была привлечена к другим заданиям, и Гречишкин мог составить отряд только из 39 казаков станицы Казанской и 20 казаков станицы Тифлисской. Всего-то шесть десятков человек. Вот с этими силами он и переправился 14 сентября через Кубань, чтобы двинутся к Зеленчуку.

В одном из оврагов казаки внезапно попали в ловушку: их окружили без малого тысяча горцев-адыгов под предводительством князя Джембулата. Вот как рассказывал об этом выдающийся летописец Кубанского казачьего войска Федор Щербина: «Черкесы, для которых не было никакого сомнения, что они одолеют казаков, не бросились, однако, сразу на них. Дело в том, что Джембулат Айтеков был кунаком, личным приятелем сотника Гречишкина. Гречишкин славился между казаками и черкесами храбростью и отвагой. Это был великан-казак, отличавшийся необычайной физической силой и неустрашимостью. Отважный и храбрый Джембулат не мог иметь иного кунака. Он по-своему любил и уважал Гречишкина».

Не в добрый час встретились кунаки на поле брани. И разговор между ними случился вот такой (или примерно такой):

— Не здесь бы нам встретиться с тобою, Андрей, — проговорил Джембулат.

— Не мы, а Бог устраивает встречи, — ответил Гречишкин.

— Да, но будь на моем месте другой, ни один из вас не ушел бы отсюда живым.

— Мы и теперь не уйдем, — спокойно возразил Гречишкин.

— Подумай, Андрей! Вас горсть, а у меня пятьсот человек. Кто может упрекнуть, если вы сдадитесь? Ты будешь не пленником, а моим кунаком; о казаках я тоже позабочусь — волос не упадет с их головы.

— Меня удивляет твое предложение, — прервал его Гречишкин. – Ты знаешь, что ни я, ни мои казаки живыми не отдадим оружия. Ты делай свое дело, а мы будем делать свое. Пусть совершится то, что предназначено каждому.

Справедливости ради стоит отметить, что Джембулат еще пытался спасти кунака. Он пробовал уговорить своих черкесов не ввязываться в бой, просто обойти такой маленький отряд казаков… Безнадежно, горцы уже рвались в атаку. Предназначенное должно было свершиться, прав оказался Гречишкин. Но и сдаваться без боя он вовсе не собирался. Казаки вынуждены были решиться на почти невероятный поступок. Их прекрасные казачьи кони – такие выпестованные, так любовно ухоженные, такие родные – оказались больше не нужны, ведь вырваться из окружения не было ни единого шанса. В то же время, на унылой равнине не было ни возможности, ни времени для создания хоть каких-то фортификационных сооружений: ни траншею не вырыть, ни бруствер возвести. И тогда казаки убили коней, чтобы сложить из их тел укрепления, баррикады на пути наступающих горцев. Этого хватило надолго. Но в конце концов черкесы преодолели все препятствия, страшной волной прокатились по позиции мужественных казаков, изрубили, казалось, все, что способно было двигаться. А затем остановились – и повернули вспять. Ускакали долой, увозя с собой тяжело раненого Джембулата, обрекшего на смерть своего кунака. Отказались идти дальше на Тифлисскую. Поняли, что встречи с еще одной казачьей сотней, пусть и ополовиненной, уже не выдержат. Казаки погибли. Казаки победили.

А когда соратники явились на место побоища и начали разбирать трупы убитых, то между ними нашлись со слабыми признаками жизни лишь три казака — Василий Русинов, Зиновий Тахомов и Климентий Дейкин. Изуродованные десятками страшных ран каждый, но все еще живые. Только трое из шестидесяти отважных. Все прочие, во главе с сотником Андреем Гречишкиным, пали на поле брани. Они предпочли священный долг защиты Родины очевидной возможности спасти свою жизнь благодаря обычаям куначества.

Вот так все и закончилось. Казаки имели возможность спастись, но даже и не подумали воспользоваться ею. Почему? Чего ради? Представьте себе, лозунг «Никто не забыт, ничто не забыто» — не пустые слова, и не только к Великой Отечественной относятся они, но и к событиям почти двухсотлетней давности. Подлинная память о настоящих подвигах остается в веках.

И если завтра вы захотите вдруг, путешествуя по Кубани, побывать в станице Тбилисской (бывшей Тифлисской), билет в железнодорожных кассах вам продадут до станции, название которой еще 110 лет назад было единогласно предложено казачьим сходом в память Андрея Леонтьевича. Станции Гречишкино.
Источник


Comments:

AdSense реклама

Читайте также



Информация


Все представленные материалы представляют точку зрения автора материала.
Администрация сайта не несет ответственности за содержание представленных авторами материалов.
Администрация сайта не несет ответственности за содержание материалов, взятых из других открытых источников.
В случае, если первоисточник не доступен или удален, или иное, администрация сайта снимает с себя ответственность за использование материала. На момент взятия материала первоисточник находился в общедоступном пользовании. Ссылки на первоисточник не удаляются. Вся ответственность за информацию. в таком случае, лежит на первоисточнике.


ПРИ КОПИРОВАНИИ МАТЕРИАЛОВ С САЙТА ССЫЛКА НА VENED.ORG, VENED.INFO ОБЯЗАТЕЛЬНА!